аутентичный скульптурный портрет Цезаря сильно отличается от идеализированных портретов, размноженных в огромном количестве во времена Октавиана Августа.

На самом деле (если судить по аутентичному портрету Цезаря из Тускулы, и недавно найденному аквалангистами на дне Роны), на его челе при жизни не лежало печати божественности. В лице первого римского императора читаются тщеславие, гордость, эгоизм и циничная ирония. Гай Светоний Транквилл оставил следующее описание внешности Цезаря: «он был высокого роста, светлокожий, хорошо сложен, лицо чуть полное, глаза черные и живые. Здоровьем он отличался превосходным. За своим телом он ухаживал слишком даже тщательно, и не только стриг и брил, но и выщипывал волосы, и этим его многие попрекали. Безобразившая его лысина была ему несносна, так как часто навлекала насмешки недоброжелателей. Поэтому он обычно зачесывал поредевшие волосы с темени на лоб; поэтому же он с наибольшим удовольствием принял и воспользовался правом постоянно носить лавровый венок».
Сохранившееся письменное описание и портретные изображения позволяют судить о том, что Гай Юлий Цезарь действительно, как об этом свидетельствуют историки, родился вблизи полудня, поскольку в этом случае на восходе оказывается знак Весов, что дает обладателю подобного гороскопа высокий рост, мягкие черты лица, обостренное чувство гармонии, неудовлетворенность своей внешностью. Квадратура Asc к Солнцу в зените в гороскопе Цезаря указывает на вечное недовольство собой, а положение Асцендента в знаке Весов способствовало акцентированию внимания диктатора на внешности. Отсюда – бесконечное ухаживание за собой любимым, что в целом не свойственно мужчинам и является прерогативой членов гей-сообщества.

прижизненный бюст Цезаря, обнаруженный на дне Роны (Франция)

Что касается сексуальной ориентации Гая Юлия Цезаря, то по поводу данного аспекта его жизни жаркие споры идут по сей день. Представителям и идеологам нетрадиционной формы сексуальных взаимоотношений приятно причислять Цезаря к числу знаменитых гомосексуалистов. Светоний Транквилл писал о Гае Юлии в «Жизни двенадцати цезарей»:
«На целомудрии его единственным пятном было сожительство с Никомедом, но это был позор тяжкий и несмываемый, навлекавший на него всеобщее поношение.»
Умалчиваю о речах Долабеллы и Куриона старшего, в которых Долабелла называет его «царевой подстилкой» и «царицыным разлучником», а Курион – «злачным местом Никомеда» и «вифинским блудилищем» . Не говорю даже об эдиктах Бибула, в которых он обзывает своего коллегу вифинской царицей и заявляет, что раньше он хотел царя, а теперь царства; в то же время, по словам Марка Брута, и некий Октавий, человек слабоумный и потому невоздержанный на язык, при всем народе именовал Помпея царем, а Цезаря величал царицей. Но Гай Меммий прямо попрекает его тем, что он стоял при Никомеде виночерпием среди других любимчиков на многолюдном пиршестве, где присутствовали и некоторые римские торговые гости, которых он называет по именам.
А Цицерон описывал в некоторых своих письмах, как царские служители отвели Цезаря в опочивальню, как он в пурпурном одеянии возлег на золотом ложе, и как растлен был в Вифинии цвет юности этого потомка Венеры; мало того, когда однажды Цезарь говорил перед сенатом в защиту Нисы, дочери Никомеда, и перечислял все услуги, оказанные ему царем, Цицерон его перебил: «Оставим это, прошу тебя: всем отлично известно, что дал тебе он и что дал ему ты!» Наконец, во время галльского триумфа его воины, шагая за колесницей, среди других насмешливых песен распевали и такую, получившую широкую известность:
Галлов Цезарь покоряет, Никомед же Цезаря:
Нынче Цезарь торжествует, покоривший Галлию, –
Никомед не торжествует, покоривший Цезаря.

Лициний Кальв называл Никомеда просто – «Цезарев задний дружок». Ни много, ни мало… Но отношения с Никомедом можно считать грехом молодости Цезаря. Что же касается его гомосексуального поведения в дальнейшем — никаких свидетельств тому нет. Сторонники идеи бисексуальности римского диктатора ссылаются на остроту Куриона Старшего, который «в какой-то речи назвал его мужем всякой женщины и женой всех мужей». Действительно, при том что историки относительно подробно осведомлены о многочисленных романах Цезаря с женщинами — они не знают доподлинно более о его связях ни с одним мужчиной, ни даже о его мальчиках-любимцах, хотя у многих знатных римлян мальчики для утех были как само собой разумеющееся.
По единодушному свидетельству всех античных авторов, Цезарь отличался сексуальной распущенностью: «он был любовником многих знатных женщин», включая жен своих товарищей по триумвирату — Тертуллы, жены Красса, и Муции, жены Помпея; утверждали и о связи его с женой его союзника царя Мавритании Богуда — Эвноей. Особой любовью Цезаря пользовалась Сервилия, сестра Катона Младшего и мать Брута, что дало повод к легенде о том, будто Брут был родным сыном Цезаря.
Светоний писал: «Среди его любовниц были и царицы – например, мавританка Эвноя, жена Богуда: и ему и ей, по словам Назона, он делал многочисленные и богатые подарки.