Многочисленные произведения литературы, музыки, живописи, монументального искусства, архитектуры и кинематографа советской эпохи являются ярким свидетельством жизнеспособности если не самой партийно-государственной системы, то как минимум актуальности идеи существования суперэтноса – советского народа, вобравшего в себя представителей более ста национальностей.
Огромной стране нужна не национальная, а сверхнациональная идея, и такая идея была – людям было обещано светлое будущее братских республик в интернациональном Советском государстве. В целом идея была прогрессивной, она предвосхитила глобалистические тенденции XXI века, но содержавшаяся в ней концепция о социальном равенстве стала той самой червоточиной, которая разрушила систему изнутри. Миллионы советских людей понимали, что равенство существует лишь для народа, но никак не для его слуг, живущих не в тесных «хрущевках», а в роскошных квартирах великолепных домов «сталинского» стиля, и питающихся вовсе не так, как подавляющее большинство граждан, отстаивавших часы в очередях за дефицитными продуктами и товарами. Вся система была основана на пропаганде превосходства советского строя над всеми остальными и подразумевала паразитирование партийной верхушки на многомиллионном социально уравненном обществе. Параллельно Советской империи и дружественным социалистическим странам капиталистическое общество продолжало развиваться естественным путем, а пропасть между уровнем жизни среднего европейца и советского человека неуклонно росла.

Обещанный коммунизм все не наступал, а Запад и Америку никак не устраивало отнюдь не безопасное сосуществование двух политических систем. В военном отношении Советский Союз представлял собой серьезнейшую проблему для капиталистического мира, и с этой проблемой необходимо было что-то делать. Внутреннее разложение Советской империи совпало с готовностью Запада завоевать шестую часть суши не милитаристическим, а экономическим путем. Пятилетка «кремлевских похорон» завершилась приходом к власти реформатора Горбачева, вся политика которого стала воплощением желанного для Запада сценария – барьеры рухнули, великая Советская империя перестала существовать. Население огромной страны, уставшее от череды престарелых генсеков и серых тонов социалистической действительности, с энтузиазмом встретило «гласность» и «перестройку». Оно еще не знало, в какую пропасть рухнет некогда великая страна, сколько крови прольется в бандитских разборках при переделе собственности мощнейшего индустриального и сырьевого гиганта, скольких жертв потребует хрупкий мир на Кавказе…
Настало время очередных испытаний для страны и народа, потерявшего пусть призрачную, но все-таки красивую мечту о счастливой жизни под мирным небом. Конец ХХ века стал временем крушения надежд, реалии капитализма по-русски оказались значительно страшнее футуристических ожиданий эпохи заката социализма. Ценности современной западной цивилизации оказались доступными лишь малому проценту населения, вовремя оказавшемуся в нужном месте при разделе природных ресурсов, предприятий и политической власти. А что идея? Идеи никакой не осталось. Каждый выживает сам по себе, а спасение утопающего – дело рук самого утопающего.
Христианские ценности православной России были попраны еще в 20-е годы минувшего столетия. Через 70 лет рухнула многоярусная идеологическая конструкция Советской эпохи. Люди остались ни с чем. На фоне передела собственности в 90-е годы было сформировано новое олигархическое государство, идеология которого возвела в степень понятия успеха, достатка и публичности. Современная Россия активно провозглашает принципы православного мироустройства, но при этом живет в двух альтернативных мирах: столично-гламурном и провинциально-маргинальном, одинаково далеких как от православия, так и от религии в целом. В образовавшийся духовный вакуум активно вторглись как западные, так и восточные идеи, несомые пасторами, проповедниками и гуру всех мастей.
Как вывести государство из коллапса, в котором оно оказалось, когда население страны не верит никому и ни во что? На фоне безудержного роста алкогольной зависимости ранее трудоспособного населения страны, растущего числа наркоманов и представителей древнейшей профессии – безусловных признаков деградации этноса – перспектива выхода из сложившейся ситуации представляется более чем туманной. И тем не менее Россия должна выйти из затянувшегося духовного кризиса, но как и когда это произойдет – зависит не только от политиков и отцов Церкви, но и от каждого отдельно взятого индивидуума, его личной гражданской позиции, его желания жить в развитой цивилизованной современной стране.
Нынешнее же положение дел в России можно охарактеризовать словами великого (и в каком-то смысле русского) поэта Осипа Мандельштама, расстрелянного в 1938 году: «Мы живем, под собою не чуя страны»  …

Мандельштам точно передал ощущение тотального ужаса, охватившего страну в период правления «кремлевского горца», а сам прожил еще четыре года с момента написания стихотворения, которое можно было бы сделать эпиграфом данной книги. Конечно, сейчас все представляется не таким страшным, как во времена сталинских репрессий, но полноценного ощущения от того, что мы живем в свободной, естественным образом развивающейся стране, так и не появилось. В чем кроется причина явного диссонанса между позиционируемой политической моделью и реальным ходом развития Российского государства?