А+ А-

ШАПУР II (ВЕЛИКИЙ)

мные и половина светлые, и с часами суток сопоставлены. А для счета дней месяца 30 фи¬шек использовались, которые с круговоротом связаны. Таким образом, волю небес и круг судеб совершают!»

Как уже говорилось, Ардашир, подобно своему отцу Бабаку и деду Сасану, тоже был служителем храма огня Анахиты Наиболее известным строением времен Ардашира является город-крепость Фирузабад, там же находилось и выстроенное им культовое место Ардвисуры, Богини Небесных Вод.
И еще один интересный факт об Ардашире, на этот раз — о предсказании звездочета. Шапур пишет: «Говорят, что Арда ширу было сделано предсказание о том, что в будущем один иранский падишах станет членом семьи Мехрака (Ашканида?). Чтобы то предсказание не сбылось, Ардашир убил Мех рака и его сыновей. Годами позже сын Ардашира, шахиншах Шапур I, случайно увидел одну красивую девушку, влюбился в нее и заключил с ней брак. Девушкой оказалась некая Азарнахид из рода Мехрака, и предсказание звездочета сбылось».
Имя Азарнахид в переводе с фарси означает «Огонь Анахиты». Поэтому, когда Шапур I и честь своей победы над римским императором Валерианом вы строил город-крепость Бишапур с огромным Аташкадэ в честь Богини Небесных Вод, все говорили, что в этом городе живут два «Огня Анахиты».
Шахиншах Шапур I (Бишапур)

В отличие от отца, Шапур I был более лоялен в отношении вероисповедования, и именно в период его правления в Иране нашла свое распространение ма-нихнйская ересь. Шапур I дал Мани свободу, конец которол положил мобад Картир при шахе Бахраме II (внуке Шапура I), которому, не исключено, сам Кар.
Что касается Картира, то к нему отношение Шапура в своей книге не столь однозначное, как написано о Картире в на¬скальных письменах, текст которых сочинил сам Картир. Нисколько не приуменьшая его заслуг по разоблачению Ма¬ни, Шапур говорит о Картире, как о человеке, который очень хотел прославиться и сделать карьеру, и это ему удалось — он довольно неожиданно и быстро из простого помощника хирбада стал мобадом мобадов. Но каким способом? Возможно, ответ на этот вопрос мы найдем дальше в поступках самого Шапура. Очевидно только одно — как только Картир достиг вершин власти, он тут же стал запечатлевать себя в наскальных рисунках и надписях рядом с правителями, к чему никогда не стремились другие мобады.
Но вернемся к путешествию Шапура, который по каменным рельефам и письменам читал историю своих предков. Нужно сказать, что по книге Шапура вообще можно изучать историю, и не только Ирана, но и тех стран, которые были с Ираном в каких-либо отношениях, более того — Шапур указывает на ошибки истории, которые допустили в своих письменах
римляне, особенно в плане войн с персами.
Когда караван Шапура шел по Систану, что на юго-востоке Ирана, на улицы выходило особенно много людей, приветствуя молодого шахиншаха и внука их старого правителя — Нарси, деда Шапура, который, судя по всему, не был человеком амбициозным и долгое время довольствовался лишь титулом шаха Систана, дав возможность поцарствовать на иранском престоле не только своим старшим братьям, но и их детям, и даже внукам.

Шахиншах Урмозд II Нарси в битве с врагом (Нагше-Рустам)
Также как и все предыдущие Сасаниды, Нарси почитал Богиню Небесных Вод и возводил храмы в ее честь. И даже более того, когда Нарси стал шахиншахом Ирана, он запечатлел свою коронацию принимающим царский венец не из рук Ахура-Мазды, а из рук Ардвисуры Анахиты.
И вот учитель подвел Шапура к каменной картине следующего правителя — Урмозда II Нарси; и юный воин, глядя в глаза отца, повергающего копьем врага, с трудом сдерживал волнение…
Об этом он написал так: «Так как я прибыл в мир после смерти отца (в то время отец ушел на войну с арабами и был убит стрелой), я никогда его не видел, но я его любил… В детстве я видел его лицо на монете, он был сильным и красивым: вытянутый сасанидский нос, густые усы, борода, волнистые локоны, внушительный взгляд и вид…».
Сам Шапур тоже не был из робкого десятка. О совершенных им подвигах мы расскажем чуть позже, сейчас же отметим лишь один случай, который произошел с ним в путешествии во время его первой настоящей охоты.


Фрагмент блюда со сценой охоты шахиншаха Шапура II на баранов

«Как-то, когда караван остановился в горах, мы с друзьями отправились на охоту на медведя… Там было несколько медведей. И когда один из них обернулся в сторону моего друга, он выстрелил в медведя из лука. Стрела попала медведю в грудь, и тот тут же упал, окропив снег красной кровью… Другие медведи издали громкий рев, будто зарыдали… И вот уже другой медведь направился в сторону моего друга, и тот снова выстрелил из лука… Я стоял как вкопанный. И вдруг первый раненый медведь неожиданно поднялся и побежал прямо на меня. Не помню, что точно произошло, но мне рассказали, что я выхватил лук и выстрелил в медведя прежде, чем тот успел на меня наброситься, и попал ему между глаз… В тот день я впервые в жизни видел снег, который ослепил мне глаза, впервые охотился на медведей и впервые ел мясо медведя… И понял, что настоящая охота — это охота на природе, она сложнее и страшнее».
Немалое место в книге занимает и описание природы — высоких и низких гор, красивейших озер и рек, цветочных долин, огромных оливковых и фисташковых садов, полного рыбы Каспия, а также горячих пустынь, дремлющих вулканов и разрушенных землетрясениями селений.
Два года «путешествия в историю и географию Ирана» открыли будущему правителю глаза на окружающий его мир:
«Земля есть теплая и холодная, сухая и влажная, плодоносящая и выжженная, белая и черная, с вершинами и низинами, с ист

Страницы 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Понравилась статья ? Поделитесь с друзьями !

  • Возможно, Вам также понравится :